ОБЪЕКТИВный журнал

Стало традицией мелким петитом в обзорах про дела американские приводить фразу: «Интерес к России со стороны США – минимален. Не заслуживает она внимания мирового гегемона».
Внешне, возможно, что и так.
А по сути?
А по этой самой сути Россия уникально мощный раздражитель для элиты Соединенных Штатов Америки. Россия – единственная на этой планете держава, которая в состоянии дать окорот североамериканскому монстру – короче говоря, она обладает потенциалом, достаточным для его уничтожения.
Все понимают, что это невероятно.
Как все понимают и то, что ничего невероятного в этом нет.
Невероятное всегда ходит рядом с нами.
Кажется невероятным, но наличие ядерного оружия спасло Россию от югославского варианта распада. Понимание невозможности установления контроля над ракетно-ядерным потенциалом привело Запад к необходимости отказа от идеи уничтожения России, в качестве единого государства. Разумней, оказалось, сохранить status quo, конечно, имея в виду решение проблемы в будущем, с меньшими рисками.
Монополия, а США неизбежно стремится к этому состоянию, с неизбежностью диктует правила поведения. «Карфаген должен быть разрушен» - одно из них, очень старое. Оно же и вечное.
Поэтому все разговоры о перезагрузке, выстраивании мостов и всем прочем необходимо воспринимать исключительно сквозь призму глобальной цели США – лишить кого бы там ни было любой потенциальной возможности реального противостояния с ними, снять угрозу уничтожения.
Это принцип. Он лежит в основе политики любой администрации США. Без этого кредо в душе путь в Белый дом заказан любому.
Этот принцип диктует политику Запада в отношении России.
ПРО?
Да ПРО! И никаких гвоздей.
Современные технологии для продажи в Россию?
Нет. Только в минимальной доле и ограниченных сферах.
И так во всем. Всегда.

Можно ли сотрудничать с тем, кто потенциально способен уничтожить тебя? Можно, но смысл такого общения должен быть один: ослабить, сформировать ситуацию при которой сила воздействия на обладателя «убойной силы» будет столь высока, что нанесет ему ущерб, но не превысит порога, при котором применение последнего козыря (связанного со взаимным уничтожением) будет единственным вариантом ответа.
Прекрасным образцом подобной политики (это называлось «мирное сосуществование» – если вы помните) была история с организацией падения цен на сырую нефть в 80-х годах прошлого столетия. Это был сознательно организованный мощнейший удар по всей экономической системе СССР, но видимая, явная агрессия при этом не просматривалась. Думаю, что единственно правильным ответом на действия саудитов, выбросивших на мировой рынок огромное количество дешевой нефти, была бы организация испытаний баллистической ракеты с районом поражения где-то в море недалеко от Эр-Рияда.

Время, как известно, играет.
Вопрос: на чьей стороне?
А ни на чьей. Время играет в свою игру.
США, как и СССР, имели сомнительное удовольствие убедиться в ограниченности их реальных возможностей, при безграничности потенциальных.
СССР получил одну оплеуху – Афганистан. И скончался.
США получают пощечины с завидной регулярностью: Вьетнам, Ирак, Афганистан…
Интересно, что никто из тех, кто определяет политику США, не задается простым вопросом: если бы сегодня Штаты были бы единственным в мире ракетно-ядерным монстром, их дела в Афганистане выглядели бы лучше?
А если устроить такое ПРО, что ни одна ракета у России не полетит, в Ираке победа будет возможна?
Вот в этом-то и дело.
В сложившемся мире фактором сдерживания является не только две ведущие державы. Исчезновение одной из них не сделает движение к кнопке «Пуск» на пульте управления накопленными ракетно-ядерными силами сколько-нибудь проще.
Может быть, пора это осознать?

В сегодняшних «Ведомостях» опубликована статья: «В путинских согласья нет».
Почему я обращаю ваше внимание на эту публикацию?
Ровно потому, что она наполняет фактологией и конкретикой мою работу «Путин и деньги», опубликованную на СНОБе еще в августе прошлого года.
Эта часть (а «Путин и деньги» – только часть большой работы «Записки сумасшедшего».) заканчивалась словами: «Похоже на то, что в наших, российских условиях все это приняло характер некой, на скорую руку слепленной (а как иначе?), игры. Если мои представления верны, то "патриотический финансовый пул" чем-то напоминает гайдаровскую команду под управлением Тимура.
Несомненно, что со временем созданное строение как-то трансформируется и, в конечном итоге, расползется. Такое «товарищество на вере» не может существовать достаточно долго, это противно человеческой природе.
Широко разрекламированный здесь, на СНОБе, морально очнувшийся Колесников, это - первый звонок: монолит зашевелился» - http://viperson.ru/wind.php?ID=644877&soch=1
Ведомости собрали материал, подтверждающий этот прогноз – звоночки продолжаются.
Но главное не в этом. Важнее то, что придуманная Путиным схема формирования финансового противовеса недружественному захвату власти исчерпала себя.
Угрозы олигархии отражены, долго тлевший московский мятеж Лужкова – подавлен. Возникли иные риски.
Грядут перемены.
Путин, несомненно, попытается изменить конструкцию финансовой основы действующей власти.
Возникает вопрос – как?
Я пока не знаю.

«Центр развития Высшей школы экономики сравнил ситуацию в России в первом квартале 2012 года с показателями аналогичного периода 2008 года. Ученые пришли к выводу, что по ряду показателей Россия готова к кризису хуже, чем четыре года назад» - сообщают нам СМИ..
Действительно, запахло жаренным до такой степени, что многомудрые, еще вчера объяснявшие, что кризис окончательно и бесповоротно преодолен, засуетились в живописании бед и тягот, неминуемо свалящихся на наши дурные головы (а какие еще в России есть?).
Поскольку у нас любой суслик – агарном, то в каждом научном уделе пишутся свои, самопальные сценарии Апокалипсиса. Тем более, что в СМИ, желающих разместить у себя эту байду, недостатка нет.
Почему «байда»?
Потому, что за наукообразием слов и многозначительностью взглядов стоит пустота. Прогнозировать экономическая наука не умела, не умеет и вся пикантность ситуации заключается в том, что не научится она это делать никогда. Ей это не дано. От Природы. Именно об этом написано здесь: http://www.viperson.ru/wind.php?ID=443141&soch=1
Поэтому, все измышлизмы по поводу того, что нас ждет в перспективе, следует отнести к разряду результатов мысли глобального свойства – в том смысле, что это всего лучше получается у Глобы.
Вчера или позавчера (не помню точно) милая дама из Сбербанка в телевизоре рисовала картину Страшного суда, применительно к России, в свете возможного (безусловного?) выхода Греции из зоны евро.
Нефть, стоявшая сущие копейки, обездоливает бюджет, притока нет, один отток, безработица, еще немного и голод, хлад и мор…
Прогнозировать экономисты не умеют (и я – тоже). Но поговорить-то мы мастаки.
Вот я и говорю: если обанкротится Греция (или ее вытащат за счет вливаний), то это, в конце концов, так или иначе, но приведет к тому, что страны дебиторы начнут отдавать свои огромные долги. Тем самым они медленно будут душить свой рост, доводя его до отрицательных значений. Это известно.
Но никто не отвечает на простой вопрос: кто будет брать (конечно же - в долг) отдаваемые долги, если все займутся сокращением накопленной задолженности?
Куда пойдут эти гигантские деньги?
В трежерис – в долговые обязательства правительства США? Но тогда на них придется устанавливать отрицательную доходность. То же и с депозитом в ЕЦБ.
Желающие заработать пойдут в Китай, но и там такие объемы не проглотят.
Деньги должны поплыть в страны с низким уровнем долга.
Сегодня, среди очень немногих вариантов, такому критерию соответствует и Россия.
Да, скажет знаток, а если все повалится до такой степени, что обанкротится финансовая система Европы.
Может быть?
Может.
Но тогда состояние экономики России надо будет рассматривать с позиции, аналогичной послевоенному восстановлению
Все творцы прогнозов стыдливо обходят еще одну занимательную тему: если нефть будет стоить $40, то какими будут цены на все остальное?
Вот в этом и фокус.
Что посыпется сначала? От чего люди в экстремальной ситуации откажутся в первую очередь: от теплого жилья и возможности передвигаться (а это газ и нефть) или от новых машин, смартфонов и гаджетов?
Поэтому все неоднозначно. А там где неоднозначно и пасутся стада экономистов.

Недавно на ТВ смотрел передачу с участием вновь назначенного полпреда по Уральскому федеральному округу г-на Холманского. Мне это было интересно по многим обстоятельствам.
Во-первых, федеральные округа Герману Грефу зимой 2000 года, через погибшего потом Виталия Сычева, предложил я. Идея неожиданно была реализована.
Во-вторых, Урал для меня, как не крути, - родной край:… «Когда говорят о России, я вижу мой синий Урал». К тому же не зря в Институте экономики УрО АН СССР писал программу развития Уральского экономического района на перспективу (аж!) до 2005 года.
Так вот, смотрел я интервью с новым лидером «опорного края державы» с большим вниманием.
Впечатление было тяжелое: человек явно чувствовал себя не в своей посуде.
Особенно заметно это стало, когда интервьюер спросил мнение чиновника класса А, о том, как поведут себя протестующие, которых Игорь Холманский, будучи начальником цеха Уралвагонзавода, собирался привести в состояние порядка.
Ведущий поступил в данном случае отвратительно: на заданный им вопрос в нашей стране и за ее пределами нет ответа сегодня ни у кого. И предлагать абсолютно свежему полпреду разговор на тему прогнозирования развития протестной ситуации в России означало только одно – подстава.
Подстава удалась: Холманский что-то мямлил.
Но проблема от этого не исчезла.
Как-то ведь будет:
«Пусть будет, как было,
Ведь как-нибудь, да было,
Ведь никогда так не было,
Что бы никак не было» - это из творчества бравого Швейка.

А все-таки такого в России раньше не случалось.
Открытой, публичной фронды предыдущие режимы не позволяли.

Начнем с того, чего хотят протестующие.
Они хотят скальпа Путина.
Не факт, что на этом они успокоятся. Уже сегодня в Интернете наиболее агрессивные ведут разговоры о люстрации.

Чего желает власть?
Она хочет чтобы ее перестали «доставать». И при этом она сильно не хочет доводить дело до Тяньаньмэня.

В принципе все не так уж и критично. Можно научиться жить с постоянно бродящими толпами, с символами, притороченными на выпуклых и вогнутых частях тел.
Жизнь, она такая – быстро обучает. Тем более, что антисанитария и проблемы с местами для смены белья и прокладок достаточно быстро сепарируют это новое толпообразование.
Мы к этому не привыкли?
Привыкнем.
Будем избирать маршруты, в зависимости от желания (не желании) полюбоваться этими новыми достопримечательностями столицы.

Поэтому ответить Холманскому надо было так: « А х.. его знает. Время покажет».
И он был бы абсолютно прав.

Сколько перьев истерли в попытках поставить знак равенства между этими явлениями в истории Человечества.
Нам, жившим, как при развитом, так и при недоразвитом социализме этот знак (=) крайне горек. Мы воспринимаем его, как знак беды: не знали, не понимали, не осознавали мы, убогие где и в чем жили.
Значит, не очень умом сильны были.
А вот Сахаров (с некоторых пор), Зиновьев (с некоторых пор), Резун (с некоторых пор), и поголовно все жившие в районах, где для нас Солнце садилось – они знали, понимали и ведали. Вроде бы.

Если присмотреться, то суть противостояния отношений вокруг подобия этих феноменов заключается в отождествлении фашизма и германского национал-социализма. Именно нацизм запачкал фашизм до такой степени, что сегодня принято пропускать или упоминать с многозначительными ужимками имена тех великих, кто симпатизировал фашизму XX века, в его впервые на практике реализованном - итальянском – варианте.

Признаем очевидное: фашизм и социализм реально были.
Они, как и любые иные «измы» в короткий исторический промежуток (сиречь – одновременно) возникли в разных частях нашей планеты естественным путем.
Их существование в течение определенного времени было чем-то оправдано: "все действительное разумно, а все разумное действительно"(Гегель).
Поскольку не существует общественных систем с абсолютными свойствами, значит и в фашизме, и в социализме содержались какие-то позитивные элементы.

Известные определения, пытающиеся кратко и емко высветить суть социализма и фашизма, отражают то, что в конечном итоге получилось, во что они выродились, но совсем не то, что виделось в момент зарождения и развития.

Надо сказать, что большой бедой публицистов, подвизающихся на ниве проблем общечеловеческого свойства, является то, что они малосведущи в областях иного знания. Специалист реально болен односторонностью, это еще Козьма Прутков заметил. Каюсь: сам не без греха. Многое был бы мною не написано или написано иначе, доведись мне много раньше прочитать «Судьбы человеческих обществ» Джареда Даймонда или «Агрессию» Конрада Лоренца (и им бы неплохо было пораньше свои труды написать) .
Прагматический смысл изысканий физиологов для обществоведов можно свести к необходимости рассматривать наши сегодняшние проблемы, сквозь призму эволюционных преобразований. Заглянув в это волшебное стекло, нам станет ясно многое. Мы узнаем, что идея «мы старый мир разрушим до основания, а затем…» имеет свое начало в архаической ментальности, в вере в невозможность изменить одно состояние, полностью не разрушив предыдущее ( М.Элиаде «Тайные общества»). И многое иное тоже узнаем.
Что касается фашизма и социализма, то это явления действительно одной природы: они представляются мне ремейками одного из естественных состояний человечества: стадности. И в том и ином случаях, вновь возникшие элиты обратились (обращаются сегодня, будут, возможно, обращаться в будущем) к прачувствам народов. Они, формируя и защищая свой высший статус, образовали стада народов, цементируемые патернализмом и награжденные смыслом своего существования в экспансии. Идеи, оправдывавшие завоевания были разные: расовое торжество или торжество идеи всеобщего равенства. Формы реализации идей, оказались во многом подобны.

Что это значит для нас, живущих здесь и сейчас?
Если моя гипотеза верна, то фашизм России не грозит.
Стремление организовать стадо разделилась на два потока.
Власть патернализмом и популизмом формирует одно стадо. Противостоящая власти оппозиция – свое, иное.
Внешние и внутренние условия таковы, что до прямого столкновения дело, скорее всего не дойдет.
Будет длительный период муторного сосуществования.
Но это – не фашизм. И, тем более, не социализм.

В последние годы, с легкой руки эхомосковского классика г-на Шендеровича, беллетриста Акунина и иных, примкнувших, стало «общим местом» такое распределение: гениальность – удел оппозиции, идиотизм же нашел свое прибежище во властных чертогах.
До сих пор никогда не удавалось увидеть, как эта разница выглядит в реалиях, поскольку управлять оппозиции не доводилось и вся страна находится постоянно в предвкушении: когда же умные управлять нами начнут.
Но тут появился шанс: два события, произошедшие почти одновременно позволили сравнить и сопоставить.

Путин предложил мастеровому из Нижнего Тагила чиновничий пост категории А. Иными словами - включил социальный лифт. Но этот подъемник обещает забрасывать наверх не тех, кто в Москве морщит лбы и надувает губы. Они и дальше будут предаваться этому приятному во всех отношениях занятию. И сдается, что только ему.
Путин показал, что готов обновлять бюрократический аппарат и продемонстрировал из какого источника он будет черпать кадры для этого.
Естественна реакция многомудрых. Она и здесь, в Интернете уже проявилась: "Дурдом".
Однвко, это ведь как посмотреть.
Кому-то "дурдом", а кому-то повод и стимул.
Рассматривая деяния Путина, местная оппозиция не особо задумывается о его "целевой аудитории". Хотя это и так понятно: предпринимаемые шаги не предназначены для того, что бы увеличить количество приверженцев президента за счет поклонников Навального или Удальцова. Они для Путина - "отрезанный ломоть". С ними, желающими одного - его скальпа, владелец, путь и жиденькой, но шевелюры, теперь уже никогда не договорится.
Ему нужны те, на кого он может отпереться. Именно таким способом Путин посылает своим потенциальным сторонникам горячий, многообещающий привет.
Это Путин.
А что оппозиция?
Оппозиция придумала использовать свое присутствие в муниципалитетах для продвижения идеи непримиримого сидения.
Жители "высотки на Баррикадной" совершенно естественно не разделили восторг членов своего муниципалитета, пожелавших осчастливить их организацией концерта в режиме "нон-стоп" под их же окнами.
Здесь имеет место быть явное недоумство.
Новоявленные мелкие-мелкие властители не сделали еще ровным счетом ничего полезного для своих избирателей. Те же предполагали, что оппозиционеры, которых они ввели в местную власть будут денно и нощно радеть за их мелкие, но такие насущные интересы.
А на проверку получилось: борцы с режимом решили использовать ... властный ресурс. Пусть он маленький, но и такой мог сгодиться.
Рановато решили.
Негативные последствия от инициативы Елены Ткач, будут много больше, чем кто-то себе может представить. Избирателю ясно дали понять - его требы занимают в списке у местечковых избранников из числа оппозиционно настроенной публики, место очень далекое от его начала.
Есть над чем подумать.

Не скрою: к Андрею Кончаловскому испытываю определенную симпатию. Всегда с интересом читаю все, им написанное, попадающее в зону доступности.
Вот и намедни: разместил Андрей Сергеевич на сайте «Эхо-Москвы» ссылку на статью в журнале «Дилетант», посвященную Петру III. Кончаловский открыл в этом царе «настоящего революционера и великого человека».
Каждый желающих прочтет эту работу Мастера. Здесь я не о ней.
Я снова и снова возвращаюсь к реакции публики, собирающейся в форумах «Эхо-Москвы».
Сказать, что там царит скверна – это ничего не сказать. Это место российского Интернета, где можно воочию наблюдать апофеоз бешенства правды-матки.

Андрей Кончаловский не одинок в стремлении оповестить публику о результатах своих изысканий через «Эхо-Москвы». Недавно там же отметился президент ОАО «РЖД» Владимир Якунин. Заглядывали туда и некоторые другие приличные люди - не буду перечислять: их там не много и не мало. Они там бывают.
Полагаю, что любой человек, не готовый извергать потоки ругани в адрес Путина, предполагает, что его появление в эфире этой радиостанции или на ее сайте будет способствовать торжеству плюрализма.
Да, такое суждение было бы резонно в том случае, если бы содействие существованию многообразия политических сил с конкуренции между ними, было бы основополагающим принципом редакционной политики редакции, во главе с г-ном Венедиктовым.
Но здесь – иное.
На «Эхо-Москвы» реализуется другие цели: здесь выращивают гопоту.
Любой, тот же Хинштейн, пришедший на эту радиостанцию легитимизирует то, чем она реально занята: готовит, идеологически наставляет силы, способные развалить страну.
Понимают ли это авторы, отличающиеся от Новодворской и Шендеровича, и других, которые ходят на «Эхо-Москвы» по зову сердца?
Скорее всего – да.
Тогда почему ходят?
Потому, что все они больны. Больны манией популярности. А популярность – наркотик.
Между возможностью засветиться в эфире на всю страну с необходимостью получить порцией дерьма в лицо и возможностью игнорировать рассадник гнуси, они выбирают первое.
Поэтому Хинштейн ничем не отличается от Ганапольского: они оба раскручивают мельницу, выдающую «на гора» гадость, которую поедают тысячи активных «слушателей».
И не беда, что при этом они признают того же Хинштейна « человеком со слюнявыми губами, который не может быть порядочным».
Может быть они и правы…
Говорят, что правила техники безопасности написаны кровью. Чем же написаны правила техники брезгливости?

Максим Кантор – один из интереснейших людей нашего времени - находясь в Оксфорде с 12ого мая на интернациональном симпозиуме "Вулкан", поделился с нами, своим друзьям в Фейсбуке мыслями, возникшими у него в этой связи.
Меня заинтересовало в том, что написал Максим наверное главное – его прогноз о том состоянии Большого Общества (это не Человечество, но его наиболее развитая часть), которое идет на смену нескольким десятилетиям относительного блаженства и неги. Максим считает, что в результате на поверхность вновь выползает фашизм.
Так ли это – никто не знает. И система координат, расфокусировавшая картину бытия, никогда не была сколько-нибудь надежно отградуирована. Будущее всегда было в дымке, и дымка эта всегда рождала миражи.
Фашизм ли нас ждет?
Вряд ли.
Идеология фашизма столь скомпрометирована, что теперь она удел фрондирующих маргиналов.
Хотя и не в этом суть.
То, что в современных условиях институты демократии не работают с надлежащей и ожидаемой от них эффективностью – понятно многим. Предложение сильных в ЕС отменить выборы в греческих парламент в связи с неизбежностью победы крайней оппозиции – прозвучало несколько месяцев назад как первая часть Requiem по игре в народовластие, коей и является демократия по своей глубоко законспирированной сути.
Принципиально сегодня не происходит ничего нового. Это в истории уже было. Вновь возник гигантский экстрим. Особенность сегодняшнего состояния Большого Общества в том, что оно оказалось способным трагедию своего положения не замечать. Человечество научилось беду спускать на тормозах. В результате получается деградация.
Все бы ничего, но градус деградации, возрастая день ото дня, все равно рождает сильные чувства у обреченных на медленное загнивание. У них возникает жгучее желание перемен.
Смена правителей и правительств в условиях неразрешимости свалившихся проблем ничего не меняет, лишь дает еще одну временную передышку.
В перспективе – потрясения, грозящие элитам потерей их статуса.
Что в таких случаях происходит?
Рецепт известен только один – диктатура.
Неприятно?
Извините – это лекарство.
Диктатура является естественной реакцией на возникновение экстремальной ситуации, грозящей стране глобальными катаклизмами или уничтожением. Это происходит в период войн или бедствий, ставящих под угрозу само существование общества и государства. Любая страна, столкнувшись с подробными обстоятельствами, защищаясь, перестраивается, приходя в состояние, характерной чертой которого является внеэкономическое целеполагание практически всей её хозяйственной системы. «Всё для фронта, всё для победы!» - вот единственно возможный экономический принцип для этих условий. И в этот период переход к недемократическим, антилиберальным формам управления происходит неизбежно, вне зависимости от политических и идеологических установок, лежащих в основе того или иного государственного строя.
В подобных ситуациях исчезают экономические критерии хозяйственной деятельности и возникают иные. Собственность уже не священна и очень даже прикосновенна.

Запах надвигающейся диктатуры уже чувствуется.
Именно он и вызывает ощущение приближающегося фашизма.
Повторюсь – это не будет фашизм, но это не значит, что нам от этого будет лучше.

Пост Владимира Якунина, президента ОАО "РЖД", опубликованный сегодня на «Эхо-Москвы», заставляет задуматься совсем о другом - не о том, что написал автор.
Якунин попытался вступить в дискуссию с эховой (а это еще почище аховой) публикой по вопросам этики и морали.
Естественно огребся по «самое немогу». Чем? Позаимствую оборот с сайта Газета.ru: «Использованные термины ее можем привести по этическим соображениям».
И на что Якунин рассчитывал?
Не понятно.
Сегодня же в журнале «Эксперт» очередную «мудрь», примерно о том же – о необходимости знать дозу в облаивании - представил Максим Соколов. Ему, понятно, публика в Интернете найдет, что сказать: без французских метафор и зауми, типа: Mort pour la France, обойдутся – скажут просто, как обрежут. Хорошо, если не обрежут в реале.

Что Якунин, что Соколов, и иже с ними, заняты пустым – они увещевают.
Пытаются авторы этих и подобных творений объяснить, что есть хорошо и что призывать к моральному и физическому уничтожению оппонентов – не хорошо.
Зря они время тратят.
Та часть оппозиции, которая искренне любит Шендеровича и не вылезает с сайта «Эхо-Москвы» согласна только на один вариант гражданского мира: он наступит поле линчевания Путина.
Вот, после такого аутодафе, счастливые и довольные писатели, знающие только два цензурных русских слова: «В» и «НА», немного поэйфорийничают, а затем найдут следующий объект для концентрации своей ненависти.
Я пытаюсь объяснить: мира не будет. Примирить желающих снять скальп с владельцем, пусть и жиденькой, но все-таки шевелюры – невозможно. И чем раньше все это поймут – тем лучше.
Не надо тратить время на уговоры и увещевания – абсолютно бесполезно.
Как бесполезно ожидать, что все это рассосется.
Не будет такого.


Фото в тему:
"Власть" (В. Якунин, президент ОАО "РЖД")

То, что происходит в Москве – видят все, что из этого последует – не знает никто.
Хотя, можно предположить.

Итак.
Массовые акции собравшихся по разным надобностям на Болотной, надо полагать, закончились.
Продолжение, скорее всего, будет организовано по методике описанной Д. Маминым-Сибиряком в его произведении «Сказка про Комара Комаровича – длинный нос и про мохнатого Мишу – короткий хвост». Прочтите - если не читали в детстве – много аналогий найдете, и параллелей построите.
Куда, в какое качество переползает сдувшийся разномастный протест «ни за что конкретно», в общем-то, понятно: раньше собирались по 31 числам, теперь будут чаще.
Вопрос в ином.
Что в этой ситуации будет делать власть? Предположим, что сказку Мамина-Сибиряка властители читали и бить себя в глаз, в попытках прихлопнуть комара – они не будут. Признаем, что представление г-на Акунина о российской власти, как о прибежище законченных идиотов – не более, чем художественное преувеличение.
Естественно, что даже умеренно умная власть попытается противопоставить комариной стае не только силу. Скорее всего она постарается осушить то болото, которое и воспроизводит, досаждающих ей комаров.
У движения «Комаров-Комаровичей» есть своя, какая-никакая общественная поддержка.
Праздная и полупраздная (т.е. торчащая в рабочее время в Сети) публика составляет основу активного антивластного большинства. Причина ее разухабистости кроется в ее же анонимности. Поэтому предположим, что именно безымянность участников всяческих упражнений в Интернете и будет ближайшим объектом властной атаки.
Всем понятно, что власть и околовластные структуры полностью проиграли информационную войну. Сегодня островками лояльности Кремлю выглядят лишь первые кнопки ТВ. Здесь, применительно к сфере СМИ, аккумулирующей наиболее активную часть внесистемной оппозиции, следует ожидать использование передового опыта США. Приведение американских масс-медиа к безусловной проправительственной лояльности основывается на применении серии законодательных актов, среди которых выделю The Foreign Agents Registration Act. Этот акт устанавливает порядок деятельности лиц, представляющих интересы других государств внутри США. Можно предположить, что в самое ближайшее время нечто подобное окажется и в наборе наших, российских Законов.
Ужесточение законодательства в сфере, регламентирующей уличные акции, уже в пути. Скоро будут.
Время для закручивания гаек - крайне благоприятное.
Запад погряз в проблемах со своими сердитыми и недовольными.
А россияне в массе своей - счастливы, 87 процентов опрошенных ВЦИОМ, так сказали - http://wciom.ru/