?

Log in

No account? Create an account

October 2017

S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    

Tags

Powered by LiveJournal.com

Цугцванг.

Сбываются не только мечты.
Сбываются, к сожалению, и плохие прогнозы.
Уже давно (март 2009г. http://www.viperson.ru/wind.php?ID=549020&soch=1) я написал: «По миру ползет деградация. Сегодня хуже, чем вчера, а завтра хуже, чем сегодня».
Деградация – явление для Человечества новое. Ее особенность в том, что ползти она может очень долго. При этом внешне все остается не так уж и плохо. Да, с каждым днем становится немного хуже. Но это, как изменение средней температуры по больнице: у кого-то все еще жар, а у кого-то она уже комнатная.
В 2012 году уже не надо объяснять, что это такое - деградация: пример Греции дает полное представление о том, что ждет всех. Рано или поздно.
Почему я об этом говорю с такой уверенностью?
Да потому, что ситуация, сложившаяся в топе мировой экономики, у стран «Золотого миллиарда» лучше всего характеризуется шахматным термином - цугцванг. Любой ход ведет к проигрышу. Выбора нет.
Хотя, не совсем так: он есть. С чего начать? Можно начать с развала финансовой системы, а можно с коллапса потребления. Правда, итог будет тот же.
Поэтому решение у этой головоломки одно – НЕ ХОДИТЬ! Обсуждать правила игры, качество фигур, материал, из которого сделана доска…, все, что угодно, но НЕ ХОДИТЬ!

Говорят о недостатке политической воли.
Да, ее недостает.
А почему?
А потому, что при достатке этой самой политической воли, для разрешения сложившейся экстремальной ситуации необходимо будет сделать самое первое и самое главное: изменить форму общественного устройства. Для выхода из глобального кризиса необходимо переформатирование общественной системы. В этих условиях должна быть принята иная форма управления, так же, как другой она становится в условиях войны или глобальной природной катастрофы ставящих под угрозу само существование общества и государства..
Абсолютно естественной и закономерной реакцией на возникновение экстремальной ситуации, грозящей стране разрушительными катаклизмами или уничтожением, является расширение сфер, находящихся под прямым контролем государства. И не только. В таких случаях переход к внеэкономическому целеполаганию происходит неизбежно, вне зависимости от политических и идеологических установок, лежащих в основе того или иного государственного строя.
Хотя и сами установки вдруг неожиданно меняются: внезапно выясняется, что президент может избираться не на два срока, а на четыре… И много иного интересного в таких условиях выясняется.
Разве летом и осенью 1940 года, в разгар битвы за Британию, в Англии, в этом родовом гнезде рыночных отношений, для кого-то было жизненно важным, оценить: сколько стоит истребитель или снаряд? Нет, поголовно всех интересовало другое: какое количество истребителей и вооружения к ним может поставить для своей армии страна, находящаяся в состоянии борьбы за выживание.
В подобных условиях перестают действовать традиционные экономические критерии и возникают иные, определяемые насущными "натуральными" социальными потребностями общества или нуждами армии и флота. В экстремальной ситуации самостоятельные и независимые хозяйствующие субъекты становятся объектами государственного управления. Собственность в таких условиях уже не священна и очень даже прикосновенна. Собственники становятся управляющими, работающими по государственному найму подобно рабочим или мастерам на их предприятиях.
Но экстрим рано или поздно заканчивается и хозяйственная система страны, конечно, не без потерь, постепенно переходит в своё прежнее качественное состояние, возвращается к экономическому целеполаганию. Отменяются централизованное снабжение и гарантированный сбыт, прежним владельцам передаются ранее национализированные банки и предприятия, исчезают органы государственного управления, призванные организовать хозяйственную деятельность страны в экстремальных условиях.
Одновременно перенастраивается вся общественно–политическая система.

Известно, что история ни чему не учит.
По историческим меркам совсем недавно в подобной (хотя и с противоположным знаком) ситуации оказался СССР. Разъедавший его, расшатывающий и разваливавший государственные и общественные основы кризис, требовал глубинных изменений в общественном устройстве. Нет. Стояли на смерть. И проиграли. СССР смахнули с исторической доски.

Сегодня перед тем же самым стоит весь Запад.
И все происходит по той же самой, отработанной на развитом социализме, схеме:
- А кто сказал, что ситуация экстремальная (обсуждаем материал, использованный для изготовления шахматной доски)?
- А почему вы решили, что в этих условиях не должны эффективно работать принципы демократического управления (исследуем правила игры) и т.д. и т.п.
Кому-то из лидеров надо во всеуслышание сказать, что либерально-демократическая модель в конечном итоге создала условия для перерождения рыночной экономики. Из конкурентной и ориентированной на эффективность производства, она превратилась в глобальную мельницу необеспеченной эмиссии и аккумуляции долгов.
Общественная СИСТЕМА обанкротилась.
Но кто из властей предержащих скажет об этом вслух? Тот, кто это сделает, кончит еще хуже, чем рядовой Бредли Мэннинг, открывший для всеобщего обозрения неприличную составляющую внутренней политической кухни США.
Сегодня в продолжении тягомотного перетягивания каната: Греция в зоне евро или не в зоне, Греция в дефолте или еще нет…- смысл один: таким образом оттягивается неизбежный конец. (а кто сказал что он неизбежный - фигуры на доске выглядят, как новые). Тем самым защищаются не люди и народы. Делается попытка сохранить обанкротившуюся либеральную идеологию, защищается изношенный до нельзя общественный строй.
Полная аналогия с СССР 70-х – 80-х годов прошлого века.

Не надо забывать – играем мы с Природой. Среди «своих» мы можем договориться о чем угодно: скажем друг другу, что позиция на исторической доске ничейная и к ней мы еще вернемся… несколько позднее…
Все с радостью согласятся.
А Природе глубоко наплевать на то, как называются наши общественные институции. Она задала правила игры. Мы продемонстрировали со всей очевидностью, что по ним играть сегодня не можем. Поэтому «хлыздим», придумываем всякие отговорки, изображаем кипучую деятельность и все это только для того, что бы ни говорить себе же правду: мы заигрались, дальше так нельзя.
Не хотим мы этого говорить.
Лучше уж будем загнивать потихоньку.
А что?
Плавание по течению, даже в потоке дерьма содержит в себе некоторый элемент неги.

Comments