?

Log in

No account? Create an account

October 2018

S M T W T F S
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Tags

Powered by LiveJournal.com

Роль пятого пункта в истории.

Пятый пункт, если кто не знает или забыл – это «национальность». В советские времена он присутствовал в единой для всей страны анкете, которую заполняли кадровые службы предприятий и организаций на каждого работающего.
Сегодня 5-ый пункт стал «пунктиком» многих публикаций, описывающих тяжелую долю советских евреев.

Здесь много занимательного.
Интересна, например, судьба актера Михаила Казакова.
Действительно, судите сами: мать Казакова дважды арестовывали, на книгу его отца сам Сталин (!) плохую резолюцию наложил, еврей (5-й пункт). К тому же Миша - избалованный лентяй (http://ns1.ip-ip.org/biography/mihail-kozakov.htm).
И с набором этих достоинств, в 1952 году (а это к тому же период пика борьбы с «безродными космополитами») Казаков решает поступать в школу-студию МХАТ при конкурсе… 75 человек на место.
И что?
Поступает.

Да, с пятым пунктом все было совсем не так просто…
Разные были ситуации.

В Университете, где я имел честь учиться, кафедру диалектического материализма (кто сегодня помнит – что это такое?) возглавлял доктор-профессор Лев Наумович К.
Высокий, сутулый, некрасивый, но очень мощный и умный мужчина. С ним-то и приключился казус: от Льва Наумовича забеременела студентка третьего курса филологического факультета. И не найдя понимания у будущего папы, будущая мама написала на К заявление в партком – существовал такой распространённый жанр эпистолярной прозы. Не забудем: в описываемые времена (60-е годы прошлого века) заведующий идеологической кафедрой обязательно был членом ума, чести и совести той эпохи, т.е. членом компартии.
Заявление пострадавшей (?) рассматривали на парткоме Университета.
Я никогда в КПСС не состоял. Но в ту пору техническим секретарем парткома (протокол вела) была моя знакомая девушка. Поэтому историю знаю из первых рук и во всех деталях.
Начиналось все для К. крайне плохо, можно сказать - катастрофически.
Члены парткома, уважаемые профессора и доценты вставали и говорили об одном: брюхатить девиц - это не тот род занятий, ради которого партия и социалистическая Родина доверили Льву Наумовичу свой самый мощный инструмент воспитания – марксистско-ленинскую философию.
Били морального разложенца сильно и по самым незащищённым местам: идеолог, коммунист, воспитатель, отец, муж и даже … дед.
Дело разворачивалось самым скверным образом – на горизонте маячило исключение из партии, с неизбежным вручением «волчьего билета». Поскольку выезда в Израиль тогда еще не было, и он даже не намечался, будущее К. выглядело просто ужасным.
Но тут слово взял Борис Павлович Р., человек весьма преклонных лет, биолог, член-корр. АН СССР.
Он сказал:
- Дорогие коллеги. Вот смотрю я на то, как совершенно справедливо вы критикуете коллегу К., и думаю… как было бы хорошо, если на его месте стоял я. Но – увы.
Все улыбнулись. Подумали.
В результате К. получил строгий выговор с занесением в учетную партийную карточку, был изгнан в Академию Наук СССР, из которой он продолжал преподавать тем же студенткам все то же самое, но уже на основе штатного совместительства.

У профессора К. был близкий друг - профессор Г.
Профессор Г. был экономистом, одних с Карлом Марксом взглядов, национальности и, как мне тогда казалось – возраста. Работал он в те времена ректором самого популярного экономического ВУЗа города, и был, конечно (как в ректора-то без этого?!) коммунистом, более того - членом пленума горкома КПСС.
Так вот, проф. Г. пошел по скользкой дорожке и на этом пути соблазнил свою аспирантку.
Общественность возмутилась.
Возмущенная общественность исчерпывающе состояла из заведующей кафедрой бухучета в сельском хозяйстве, коммунистки Б.
Эту Б. профессор Г. вырастил сам: она под его научным руководством написала диссертацию о том, как при советской власти расцвела жизнь Шадринского уезда Пермской губернии. Отчет улучшений она вела с того, времени, как уездная ситуация была описана в бессмертном труде В.И. Ленина «Развитие капитализма в России» (не путать с более поздним, но, несомненно, более талантливым произведением Ю.М. Лужкова, под тем же названием).
Как не сопротивлялся отдел науки и учебных заведений горкома партии, Б. настояла и партийное разбирательство состоялось. На этом высоком собрании Б. и объяснила своему бывшему научному руководителю, что в СССР иметь аспиранток вне учебного процесса недозволенно никому, ни членами пленума горкома КПСС, ни еще каким-либо иными членами.
Итог: строгий выговор с занесением и ссылка в солнечный Краснодар заведующим кафедрой политической экономии тамошнего пединститута – ныне Университета.
Вспоминая эти, доступные моей памяти, истории я думаю: а что бы случилось с этими профессорами, окажись они сегодня в каком-нибудь университете человеколюбивой Америки?

И еще.
Система СССР в послесталинские времена не была злой. Она была дурной, а временами - бешенной. Кого-то она, конечно, сжирала и костей не находилось. Большинство из живущих под ее неусыпным доглядом она особо не трогала, но некоторых, особо шустрых - кусала.
И сегодня этому трупу отвечают тем же.

Comments