Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

ЭНГЕЛЬС БЫЛ НЕПРАВ.

Энгельс, конечно, ошибался – не труд создал человека, его создала лень. Весь прогресс человечества, начиная с того момента, как наш далекий предок взял в руку палку, основывается на получении большего результата при минимизации собственных затрат. И никогда наоборот.
Все рассказы об эксплуатации человека человеком – полнейший бред. Никто не может забрать наш прибавочный продукт потому, что такового просто нет: поскольку каждый из нас получает энергии (а это конечный измеритель всей совокупности благ) больше, чем тратит. Иначе мы бы просто не могли существовать. А кого мы действительно эксплуатируем, так это Природу, забирая из нее все большие и большие объемы энергии. И, заметьте, ничего не давая ей взамен.
Можно сказать, что человечество неплохо устроилось. Не смотря на всякие трудности и сложности, надежность выживания рода человеческого очень высока.
Все возрастающие объемы извлекаемой природной энергии позволяют человечеству не только обеспечить быстрый рост численности и уровня потребления на душу населения, но и компенсируют потери, связанные с неэффективными решениями в сфере управления.
Именно благодаря этому мы живем в мире, где стабильность, все-таки, норма, а потрясения – отклонения от неё.
Человечество тратит гигантские, забираемые у Природы ресурсы на обеспечение сфер, не связанных с его выживанием и развитием. Человечество может себе позволить неуемные затраты и на военную технику и на содержание гладиаторов, которые сегодня называются профессиональными спортсменами.
Человечество никогда не владело механизмами эффективного управления. Точнее так – эффективным во все времена считается управление, обеспечивающее удовлетворение некого уровня общественных ожиданий. Этот уровень определяется двумя непременными требованиями: не хуже, чем вчера и не хуже, чем у соседей.
Научное сопровождение управления всегда было и остается уделом египетских жрецов и лиц от них произошедших. Существование всех систем и институтов управленческого консалтинга определяется необходимостью создавать видимость обоснованности принимаемых решений. Именно это они и создают. Не менее того, но и не более.
На самом же деле за научным сопровождением управления не стоит ничего, кроме опыта и здравого смысла. Все остальное – сознательно поддерживаемый мираж и бла-бла-бла.
Общество, как пять тысяч лет тому назад, так и сегодня обходится в основном системами самонастраивания и саморегулирования. Все видимые нам управленческие потуги влияют на конечный результат точно так же, как виляния рыбы-лоцмана на выбор направления движения голубым китом.
Основным механизмом выстраивания отношений в обществе является распределение и перераспределение благ. В основе этих процессов лежат традиции и опыт, а изменения происходят в борьбе под влиянием неких никогда не поддававшихся формализации представлений о пользе и справедливости. Именно вокруг распределения и перераспределения благ и кипят все нешуточные людские страсти. Здесь поле, где люди борются с людьми. Приз – больший размер куска от созданного обществом пирога, в нем все, и материальный достаток и престиж.
Так же примерно построены и международные отношения. И здесь, в основе лежит сложившаяся в веках структура распределения мирового блага. И здесь изменения происходят под влиянием того же самого – борьбы: меняются вектора сил, растут желания сильных, сопровождаемые обещаниями обеспечить всемирную справедливость.
А ведь справедливости в этом мире нет. Есть только тот уровень несправедливости, переходить который крайне опасно. Любому. Всем.

С развитием информационных систем, сделавших нас всех такими близкими на этом маленьком Земном шаре, соблюдение второй составляющей требований масс – не хуже, чем у соседей - стало крайне затруднительным.
События в Северной Африке,  на Ближнем Востоке, на Украине  определены именно этим важнейшим обстоятельством.
Европа и Америка полагают, что революционеры, собиравшиеся на площади Тахрир в Каире, или на Майдане Незалежности хотели высшей демократии.
Да, господа, они хотят вашей демократии, но только для того, что заиметь ваш уровень потребления. И никакие «заначки» проворовавшихся Мубараков и Януковичей, не обеспечат покрытие и сотой доли их притязаний.
Вы им сами, в кино и по телевизору показали, как можно жить и они захотели именно такой, вашей жизни.
Общественным процессам свойственна инерционность. До определенного времени ситуация не менялась, накапливая напряжение.
Сегодня плотины, сдерживающие напор желаний завидущих глаз - рухнули.
Вывод?
Вывод один – Золотому миллиарду придется делиться.
Не будут делиться?
Тогда придут и заберут.
Рим, помните, чем закончил?
Именно этим самым.

На чьей мы стороне?

У современного человека,  как и у его пращуров, есть картина  мира, в котором мы существуем.
По историческим меркам ещё совсем недавно она была иной. Старую  мы с помощью науки  разрушили и разорвали.  Создали новую, вроде бы совершенную.
Нельзя сказать, что картина Мироздания, существовавшая в представлениях  средневекового европейца, была идеальной даже для него самого:  дыр и изъянов в ней было предостаточно. Но, у той системы была основа основ - Библия, и существовали безразмерные пластыри: «на всё воля Божья», «неисповедимы пути Господни», вот ими,  с помощью пастора, он заклеивал трещины, пустоты и лакуны.
Бессмысленно умалять качество картины мира, которая сложилась в голове современного человека, напрочь лишенного религиозного пиетета перед моделями, в основе которых расположился Всемогущий.
В  представления о Мироздании и у атеистов, и агностиков тоже есть  пятна  неведомого, но  закрываются они уже не ссылками на Божественный промысел, а путём отнесения их к разряду явлений под грифом «а ...  его знает» (вставьте сами). Разница может быть и невелика. Главное отличие, в том, что новому всемогущему и всезнающему «...» не надо придумывать недельную трудовую биографию и отводить резиденцию на небесах. К тому же «...»  не требует неукоснительного соблюдения обрядов и исполнения таинств. И к нормам морали и нравственности он абсолютно индифферентен.
С ним в этих отношениях проще.
Библии на вас нет? Так есть, какое-никакое, образование, оно что-то этакое, похожее на основы мировоззрения и формирует.  Нельзя сказать, что у большинства  живущих взгляд на мир отягощен достижениями наук до такой степени, чтобы не создавать рецидивов «плоской Земли».

Итак, каким видит Мироздание современный, сколько-нибудь задумывающийся об этом, человек?
Самое главное в ведомой ему картине мира заключено в констатации:  человек есть высшая ценность. Не только для него самого, не только для адептов либерализма, но и для всего прочего в этом мире сущего. Из этого признания естественно вытекает,  что в окружающем нас мире все свершавшееся преследовало главную, конечную цель: создание  человека.  Поэтому нет, и не может быть ничего такого, чем нельзя было бы пожертвовать в окружающей нас Природе  ради процветания Меня.
Да, нынешний человек-совершенный в своих воззрениях забрался на вершину, на самый пик его представлений о Мироздании. Но  для того, чтобы утвердиться там он сбросил своего предшественника. Еще совсем недавно там было Человечество. А до него - Бог.
И это  главное. Все остальное - формы трансформации пространства-времени, разбухание или сжатие Вселенной,  наличие темной и какой-либо ещё энергии ... - детали различного уровня существенности.
Отсюда и кредо веры, которое сегодня обходится уже без всякой веры: конечная   цель развития/эволюции всего сущего в окружающем нас гигантском мире есть свобода человеческого индивида. И это обсуждению не подлежит.
Действительно, должны же быть и в атеизме какое-то постулаты.  
Или не должны?

Но вопросы, изначально предлагаемые к обсуждению при посещении Моисеем горы Синай, никуда не делись. И более всего нас интересует первоисточник  глобального общего движения, в котором Природа создала человека. Ведь можно придумать сколько угодно гипотез, начинающихся с момента Большого взрыва, но все они сдуваются от заданного простого вопроса: а что было до?

Если не  углубляться в частности (не смотря на их гигантские размеры) эволюция Мироздания являет собой процесс борьбы двух начал.
Есть Pro и  Contra. И у того и другого были (есть) изначальные состояния.
Этой позиции противостоит господство абсолютного Ничто. Но и Ничто возможно, только в том случае, если есть Нечто.
При любом отношении к соперничающим гипотезам,  которыми  современная физика объясняет возникновение  всего сущего, бесспорно одно – Большой взрыв (если он был) стал формой разрешения неких противоречий. Можно предположить, что они накопились между Pro и Contra в период, предшествовавший времени Планка.

Противоборствующие начала не исчезли в Большом взрыве и вся дальнейшая эволюция Мироздания являет отражением их  непрекращающейся битвы. Нам неизвестна природа глобальных, изначальных антагонистов, но можно констатировать главное – ничто не противоречит гипотезе о том, что они существуют.
Если дотошный и эрудированный читатель определит написанное, как ещё один вариант панпсихизма, то в этом он окажется неправ. Здесь предлагается позиция, согласно которой вселенная не наделена сознанием, но ее возникновение и развитие имело  импульс, возникший  в результате борьбы, естественных для сущностной системы, противоположных начал.  Реализуясь, этот импульс задал законы развития Мироздания, в которых заложены пределы и компромиссы, они же правила борьбы в процессах перманентного противостояния.
Законы, которые человечество с азартом «открывает», являются ограничениями, демонстрирующими расположение действующей на данный момент линии равновесия Глобальных сил. Это равенство формирует все, без изъятия условия среды существования всех частей составляющих Мироздание. Спин электрона таков, а соотношение массы протона и нейтрона этакое именно потому, что при иных значениях равновесие среды рушится. И все найденные человечеством константы являются буквами алфавита, которыми написан кодекс ведения борьбы  Pro и Contra.

Если встать на позицию, в соответствии с которой всеобщие законы Мироздания  есть регламент противостояния  начал, то возникает вопрос о том, как соблюдаются правила и что не позволяет всему сущему от них отклоняться? Что поддерживает мировую гармонию? Я нахожу, что единственным претендентом на роль всепроникающего регламентатора,  является гравитация.. Пронизывая всё, гравитация поддерживает миропорядок,  в котором может формироваться и существовать только то, что соответствует мировой  гармонии, все остальное обречено на разрушение  и исчезновение.  

Существует   Закон смерти Вселенной. Нам он  чуть-чуть приоткрылся в форме второго начала термодинамики.  И мы поняли, что все сущее обречено на необратимое разрушение и распад.
Но Закону смерти совершенно естественным образом должен соответствовать Закон жизни.  Такого Закона -  всеобъемлющего, охватывающего не часть, или части,  а все Мироздание – мы (пока?) не знаем.  В самом общем виде Закон жизни должен описывать противостояние распаду. Это Закон естественных форм сопротивления всего сущего  наступающему хаосу,  демпфирования  тренда роста энтропии.
Да, повторюсь: Закона антагониста второго начала термодинамики, соответствующего ему масштабом действия и всеобщностью, мы не знаем.  Он не сформулирован. Но поскольку я это пишу, а вы это читаете, то он есть.
Два полюса Мироздания отражают сущность природы. Именно от них происходят «существование» и «исчезновение»  И дальше. Плюс – минус. Действие – противодействие. Количество – качество.  Жизнь  и смерть.
Эхо противостояния Начал звучит и дальше, дальше, дальше…, докатываясь до человеческой морали: хорошо – плохо.

Диссонансом в мировой гармонии звучит струна живой материи. Она вышла за пределы регламента, охраняемого силами гравитации. Ветка дерева растет в направлении противоположном свободному падению камня. И человек сознательным целеполаганием оказался способен преодолевать гравитацию и создавать нечто подвластное не только ей. Результаты его деятельности по этому признаку выпадают из общей массы материальных объектов мира, и находятся в ином качественном состоянии.

Вопрос лишь в том – на чьей мы стороне? Человечество за какую команду играет: Pro или Contra? (А мы-то про себя знаем!)
Развитие Homo sapiens, с момента начала его осознанной деятельности, происходило путем и за счет увеличения количества потребляемой энергии. Мы с ускорением колонизируем Природу. Создавая все более сложные конструкции, обеспечивающие повышение эгоистического качества нашего бытия, мы способствуем ускорению n–тропии. Наше коллективное поведение на планете Земля основывается на латентном признании того, что Природа создана/создалась  чтобы  положить свою голову на плаху во имя исполнения главного устремления этой высшей, итоговой  эволюционной субстанции – человека:  его ничем не ограниченной свободы.
Существуя  и развиваясь, Homo sapiens противостоит Закону жизни. И поэтому у  меня нет сомнений в том, что  мы, как вид, уйдем в небытие.
Но не исключено, что в этом и  есть главный смысл: человечество создает почву для появления нового космического качества. Нам на смену придут, из нас произрастут   иные формы разумной жизни, так же,  как мы сменили наших предшественников в эволюционной цепи.

Назад, к победе коммунизма!

СССР развалился? СССР развалили?
Практически вся литература и публицистика, посвященные судьбе позднего СССР, в основе своей содержат попытку решения этой дилеммы. Ответы на эти вопросы нам важны потому, что идеи преобразования современной России в государство, впитавшее в себя, всё лучшем, что  было в  Советском Союзе, звучат все чаще  и громче.
Мой ответ таков: произошло сложение сил – СССР активно разваливали его геополитические противники, и это наложилось на процессы деградации глубинных основ социалистического строя, обострения внутренних противоречий, которые, как выяснилось, были изначально присущи данной форме государственного устройства.  К  концу 80-х годов возник  синергетический анти-эффект: совокупность самых разных негативных процессов, явлений и событий, сложились, дополнив друг друга. Не знаю, можно ли произошедшее в этот период назвать «идеальным штормом», но результат известен: флотилия советских республик рассыпалась, её корабли сменили и порт приписки, и пункт назначения.

При обсуждении судьбы СССР за скобками остается вопрос о том, насколько жизнеспособным было это сооружение с момента рождения? Сила и мощь выращенной коммунистами империи и сегодня продолжает впечатлять всех: и тех, кто считает «распад СССР крупнейшей геополитической катастрофой прошлого века», и тех, кто был и остается твердыми и принципиальными сторонником необходимости уничтожения «империи зла».
Сегодня видно, что коренным пороком социально-экономической системы СССР было заложенная  в ней  несовместимость с человеческой природой. Отсюда вытекало желание советской власти эту природу изменить, для чего предполагалось создать, сформировать, стимулированием и репрессиями  воспитать  новую общность - советский народ.
И эта проблема, совпадающая почти до тонкостей (но с обратным знаком) с тем, что совершил Яхве, навсегда отвративший  евреев от поклонения Золотому тельцу, была решена и в Стране Советов.  Но здесь только  на словах и на бумаге.
В реалиях, попытка сформировать человека нового типа, способного сознательно подавлять в себе позывы эгоизма в пользу достижения коллективно заданных целей, полностью провалилась. Жившие во времена позднего СССР, в массе своей, не испытывали внутреннего дискомфорта,  соединяя в себе принятие социалистических принципов распределения таких благ, как бесплатные образование и медицина, гарантированная трудовая занятость, высокий уровень социальной защиты и безопасности…, с желанием наплевать на всю идеологическую начинку государства рабочих и крестьян ради достижения личного материального достатка.
Какой аспект жизни в Советском Союзе мы бы не взяли, везде просматривается разрушающее действие внутренних противоречий, возникавших на стыке государственного целеполагания и индивидуальных устремлений граждан страны.
Но все это проявилось не сразу.

Справедливость.
Сила коммунистов в России, позволившая им создать и много лет, в условиях сильнейшего противодействия почти всего остального мира, сохранять великую страну, проистекает из того, что они нашли и применили уникальную формулу справедливости.
Она была воистину революционна: впервые со времен Адама и Евы, разделивших яблоко, коммунисты не стали ничего делить.
Это было действительно справедливо – ни у кого не было ничего.
Да, конечно, стерильных систем не бывает, кое-чем люди владели, и мизерное (если мерить сегодняшними размерами) имущественное неравенство существовало в СССР, но каков сам принцип! Правда, со временем выяснилось, что длительность его действия не безгранична.
В. Маяковский в 1925 году написал: «Я в восторге от Нью-Йорка города. Но кепчонку не сдерну с виска. У советских собственная гордость: на буржуев смотрим свысока».
Со временем восторг, особенно после выставки США в московских Сокольниках (1959г.),  усилился. А гордость потихоньку иссякала.
В стремлении к обладанию румынским  мебельным гарнитуром, финским костюмом, итальянскими сапогами…, преодолевались любые преграды с энтузиазмом, изначально предназначенным для построения  коммунизма в 1980 году.  
И в этом была победа биологически оправданного поведения, сформированного десятками тысячелетий эволюционного отбора. Равенство в нищете противоречило  присущим человеку естественным устремлениям, и потому оказалось  нежизнеспособным. А «Моральный кодекс строителя коммунизма» в этих условиях становился смешной  байкой.

Успехи периода начала строительства советской системы определялась еще и тем, что ресурсом, на котором здесь работали социальные лифты, тоже была справедливость. Не папины деньги, не прадедушкин общественный статус, а твои собственные усилия, умение, ударный труд - открывали тебе дорогу на Советский Олимп. А там, на самом верху,  среди полубогов (Сталин, Киров, Ворошилов…) гордо сияли герои – трактористка Паша Ангелина, шахтер Алексей Стаханов,  металлург Макар Мазай, железнодорожник Петр Кривонос,  кузнец Александр Бусыгин, фрезеровщик Иван Гудов, ткачихи Евдокия и Мария Виноградовы…
В 20-30-е годы реально шла конкурентная борьба изначально равных: покажи, что ты не человек-тесто, а человек–дрожжи, и место среди самых-самых – твое. И большинством жителей  Страны Советов это воспринималось, как истинная справедливость.
Но массовое движение вверх было возможно только потому, что революция уничтожила старую элиту. Плюс репрессии. Возник вакуум, и его надо было заполнять. Поэтому, на какое-то время появилось уникальное для мировой практики явление: семьи, где в первом поколении оказались маршалы, министры, профессора, директора предприятий…
Проходило время, и новая элита СССР стала воспроизводить себя. Медленно, но верно лифты на верхние этажи социальной иерархии  забивались: там собрались в кучку все те же – «родные человечки», которым  родители Природой были обязаны радеть. И они радели.  
Справедливость иссякала. Её активно заменял блат. На этом переломе в идеологию хлынула ложь.

Про экономику.
Икон в СССР не было, поэтому молились на план.
Если план назывался  государственным, то это была святыня.
Идея советской экономики была уникально проста. Поскольку Карл Маркс учил, что капиталистическая конкуренция порождает потери, то, уничтожая частную собственность, а с ней и  конкуренцию, получается экономика, работающая без потерь.
В практике социалистического планирования основной формой реализации этой гениальной в своей незамысловатости идеи «экономики, лишенной потерь» стал баланс. Все многообразие финансово-хозяйственных отношений отвергнутого коммунистами рынка было сведено к простой таблице, построенной по принципу: «получил = отдал».
Должно было сойтись.
И в балансе действительно все сходилось: количество поставленного равно тому, что было заявлено. Ничего лишнего. Тютелька в тютельку. Но это на бумаге.
А в жизни?
В условиях всесилия баланса эффективность работы  каждого предприятия не обязательна. Есть высшая эффективность, она  - в равенстве произведенного и потребленного во всей хозяйственной системе. Потерь-то в таком случае нет. Тут и возникает эффект самого высшего порядка, абсолютно недостижимый в условиях рыночного хаоса.
При этом главное, что от тебя требуется - выполнить спущенное сверху задание. Если выполнишь, то все сойдется, будет баланс.
А если не выполнишь?
Это – преступление:  своим разгильдяйством и ленью (а какие еще могут быть этому объяснения?) ты, директор отстающего предприятия,  покусился на народнохозяйственную сбалансированность.
За это наказывали и очень жестко.
Каждый директор, рисковавший в таких условиях головой, стремился обеспечить высочайшую надежность собственного выживания. Путь спасения был один: получить из системы, как можно больше всех видов ресурсов, одновременно обеспечив себе минимальный из всех возможных плановых заданий.
В результате была создана «экономика», превосходящая все ранее известные варианты, по способности увеличивать массу ресурсов, вовлеченных в хозяйственный оборот, обладавшая при этом уникально низким (если не отрицательным) коэффициентом полезного действия. Возникли океаны дефицита и горы неликвидов.
В стремлении к самосохранению и выживанию производилась продукция с «упрощенной технологией» (проще говоря – брак и дрянь), система управления была уничтожена липовыми отчетами и приписками. Эту  «систему» принципиально нельзя было сбалансировать. Она должна была рано или поздно съесть сама себя.
И съела.
Обратите внимание: экономику социализма опрокинула биологическая природа человека. Потери от гонки вооружений не могли сокрушить СССР, если бы хозяйственную систему этой страны не разъедал директивный план, представляющий реальную опасность для жизни и благополучия тех, кто должен был его выполнять.
Хозяйственная  система СССР  начала формироваться в экстремальных условиях военного коммунизма. И она была уникально приспособленной к неимоверно сложным и невероятно тяжелым условиям индустриализации, войны и восстановления хозяйства, но  без борьбы, тягот и надрыва оказалась принципиально неработоспособной.

Где зад, а где перёд?
Полвека тому назад писатель Олдос Хаксли сказал: «Мы едем к пропасти на «роллс-ройсе», а русские – на трамвае.
Это не совсем так.
Советский Союз останется в истории, как грандиозная  попытка не затормозить, а организовать движение нашей цивилизации в противоположном направлении: от пропасти. Может быть, даже пешком.
И хотя на знаменах СССР сияла надпись: «Вперед, к победе коммунизма!», реализация социалистических принципов объективно была попыткой организовать движение назад, в направлении  обратном от того, что мы называем прогрессом. С позиций тренда, заданного Человечеству со времен потопа, это было попыткой регресса. Она не удалась.  Социализм (коммунизм) и в XX веке продолжал быть утопией, поскольку в основе своей противоречил законам эгоистичной человеческой природы. Эгоизм остался непоколебим, поскольку именно он является интелектоформирующей основой нашего биологического вида.

Изменения в господствующем на Земле экономическом укладе, которые мы признаем и как развитие, и как прогресс, возможно и отражают некие закономерности, присущие нашей Цивилизации. Но из этой, принятой К. Марксом и его последователями за аксиому, гипотезы, абсолютно не следуют те выводы, которые дали импульс к конструированию общественно-экономической системы СССР.
Да,  капитализм времён создания «Капитала» имел глубокие пороки. Но, как показала практика, они не были для него летальными, и, пройдя несколько стадий трансформации, он не развалился, отвечая на вызовы конкурирующей с ним социалистической  системы, а благодаря ей,  преобразился. Капитализм избавился от периодически сотрясавших его разрушительных кризисов перепроизводства, в нем коренным образом трансформировалась принципы социальной политики, образовалась принципиально новая финансовая система, вырвавшая приоритет у материального производства. Кроме того,  суровые естественные регуляторы -  безработица и инфляция - существенно ослабли, практически исчезла классическая частная собственность на средства производства, заместившись различными суррогатными формами, среди которых преобладает акционерная…
Существующий в настоящее время капитализм–nouveau распространился по всей планете, включая даже коммунистический Китай, который им серьезно инфицирован.
У капитализма в его новейшей ипостаси есть пороки, а некоторые (расслоение по уровню доходов, например) огромны. Материальный комфорт, в условиях информационного изобилия, уже не компенсирует возрастающий социальный негатив. Явные признаки деградации питают настроения, направленные на поиск всё той же справедливости. Идеи возрождения коллективистских, патерналистских общественных начал бурно расцветают.
Особенно ярко и зримо это происходит в современной России.
Здесь множатся труды, обосновывающие необходимость создания общественно-политической системы, на  принципах, предложенных Агафьей Тихоновной из Гоголевской «Женитьбы»: «Если бы губы Никанора Ивановича да приставить к носу Ивана Кузьмича, да взять сколько-нибудь развязности, какая у Балтазара Балтазарыча, да, пожалуй, прибавить к этому ещё дородности Ивана Павловича — я бы тогда тотчас же…»
Сегодня примерно тоже самое: у капитализма предполагается взять то, у советского социализма это и еще добавить к тому от китайских товарищей щепоть этакого…
Суть происходящего будет более ясна, если мы вспомним самый гениальный мультфильм всех времен и народов – «Дудочка и кувшинчик». В этом мультике дедушка – грибок, предлагает девочке поменять ее кувшинчик на дудочку, игра на которой делает видимыми ягодки в лесу. Ягоды становятся доступны, а вот собирать их не во что. И бьется девочка, ищет выход, меняя кувшинчик на дудочку и обратно… Хочет она, сердечная, обладать сразу и тем и другим. А не получается. Нельзя. И здесь, в мультике, и всегда, в жизни: или…, или… Великая, глобальная проблема.
И здесь, у нас  она же.
Мы, народ российский, от девочки из мультфильма не сильно отличаемся: сначала шарахнулись всей толпой к дудочке, а теперь, попробовав все прелести капитализма, не прочь вернуть кувшинчик.


О реставрации социализма.
В предположении о реставрации социализма в новом, распрекрасном качестве, некоторые адепты этого направления полагаются на существование разработанной классиками марксизма-ленинизма глубоко научной системы управления экономикой общества.
Их надо разочаровать.
Нет такой научной основы.
И ненаучной основы тоже нет.
История появления в XX веке того, что было названо «социализмом», явилась, как это не покажется парадоксальным, опровержением теоретических построений Карла Маркса. Классик настаивал на естественном характере перехода от изжившего себя капитализма к новому, более прогрессивному общественному строю. Это, по его глубочайшему убеждению, должно было внутренне созреть, а потом и закономерно случиться в наиболее развитых странах мира – Британии, США… Но никак ни в отсталой, не прошедшей даже начальных этапов развития капитализма, России.
На практике получилось иное.
Был ли социализм в СССР – вопрос спорный.
Бесспорно одно – классики марксизма не предлагали никаких рецептов построения нового общественного строя и то, что случилось в Советском Союзе, было результатом полнейшей импровизации.
Некоторые подозревают, что Россия повторит китайский путь, приведший эту страну к сегодняшнему уровню расцвета и могущества.
Хочу разочаровать – это не получится.
Не получится потому, что нет в современной России условий, комбинация которых обеспечила уникальный по масштабам и продолжительности китайский экономический рывок.
Есть еще один «дежурный» вариант – возродить Госплан. Но уже хороший, правильный, умный и инновационный.
Здесь кроется ловушка, и она двойная.
Во-первых, невозможно разработать реальный план развития экономики любой страны. И дело здесь даже не в организационной и методической сложности задачи, а в таком явлении, как рефлексия – действующие хозяйственные субъекты, получив информацию о плановых параметрах, мгновенно ориентируются, пытаясь приспособиться к новым обстоятельствам и, как следствие, меняют свое хозяйственное поведение. В результате рушится  база принятого плана.
Во-вторых. Если план не директивный, то тогда это – индикатив, и он никого ни к чему не обязывает. Такое есть и сегодня в разных странах в различных вариантах.
Но если план жесткий, действующий вкупе с системой реального наказания за невыполнение, то в этом случае, возникает рецидив советской экономики.
Очень важно отметить, что плановая экономика СССР имела конкретную цель. Ее очень четко определил еще Бухарин: «Кто – кого?». Личное потребление, народное благосостояние были принесены в жертву этой высшей, всё определяющей цели.  Поэтому и экономика называлась дирижистской. Ей нужен был очень жесткий дирижер, который единственный знал, как сольную партию каждого предприятия трансформировать в обеспечение победы всемирной революции или еще чего, из этой же цели проистекавшего.
И у капитализма есть цель – прибыль, нажива. Она может нам не нравиться, но ее гигантское преимущество состоит в том, что она не придумана, она естественна и соответствует природе человека. Эта цель делится между любым количеством хозяйствующих субъектов без потери определенности. К максимизации величины дохода/прибыли стремится и крупная корпорация, и мелкое предприятие,  и любое домохозяйство.
Патерналистская хозяйственная система формируется искусственно: по задумкам и лекалам людей, не имеющих для этого, строго говоря, никаких оснований, кроме собственных иллюзорных представлений.
Основная проблема при создании некого нового, суперсовременного и передового аналога советской экономики, будет заключаться не в решении с помощью ЭВМ задач по формированию единого плана, а в поиске критерия его оптимальности. Предполагаемое для усовершенствованной системы социальное целеполагание неизбежно потребует создать орган управления,  который будет переводить плановые задания с языка экономики, ориентированной на прибыль, на язык (как вариант - социальной) политики. Вот в этом месте и возникнет трещина.

Значит ли всё это, что современный, суперразвитый капитализм и есть та, конечная точка на пути развития Человечества?
Строгих доказательств «за» или «против» нет.
По этому поводу можно (и нужно) говорить обстоятельно. Однако, имеющийся опыт показывает, что любые прогнозы изменений в общественной сфере, особенно по поводу ее будущего устройства, не реализуются.
И дело здесь не только в том, что «нам не дано предугадать, как слово наше отзовется…».
В основе любого прогноза, где и каким бы методом он не формировался, всегда лежит пролонгация найденной, зафиксированной тенденции. В общественной сфере тоже можно обнаружить тенденции, но они здесь мерцающие: возникают и гаснут. Использование их в прогнозе чревато получением результата с точностью «до наоборот».
Интересно, что при этом никто не задается вопросом: что произойдет с нами всеми в том случае, если наше желание - получить надежнейший, абсолютно достоверный прогноз - будет реализовано?
Не трудно догадаться, что это приведет к наступлению  полного паралича во всех сферах деятельности общества.
Абсолютно ясно, что если реально существует механизм, позволяющий увидеть то, что с нами будет во всех нюансах и деталях, то никто, естественно, не станет затевать неэффективные проекты.   Но и эффективные проекты никто не реализует, поскольку становится непонятно -  по отношению к чему они будут эффективны.
Было бы верхом неряшливой самоуверенности чертить образ мировой перспективы. Никто не знает, что нас там ждет. Но парадокс в том, что человечество не сможет отказаться от прогнозирования. Без этого невозможна наша жизнь. Только так: предполагая, предсказывая, ошибаясь, запинаясь, спотыкаясь, с трудами и потерями человечество пробирается в свое, как ему кажется, светлое будущее.
И здесь следует вернуться к классикам марксизма.
Основная плодотворная идея, заложенная в «Капитале», состоит в том, что общество будущего  естественным путем произрастает в недрах старого. И это значит,  что и сегодня зреют новые формы отношений, которые закономерно придут на смену устаревшим и отживающим. Найти именно их в «круговерти буден» - достойная задача.
Не трудно заметить, что уровень обобществления и централизации хозяйственной сферы в мире неуклонно растет, коллективные формы собственности, включая акционерную «доедают» частную форму, которую в её изначальном виде уже практически и нет. Появились совершенно новые регламенты хозяйственных взаимоотношений между подразделениями в рамках одной собственности через трансфертные цены.  Радикально изменилась связь между безработицей и инфляцией (см. «кривая Филлипса»). Рушится монополия государств на денежную эмиссию…
Можно предполагать, что коммунистические принципы строительства человеческого общества  будут востребованы только в том случае, если в ходе своего естественного развития капитализм изживет себя в хозяйственной сфере.  А это случится, когда неистребимое стремление человека к доминированию лишится экономической почвы.  Такое в истории человечества уже было до перехода к земледелию, в период, который Маркс назвал первобытным коммунизмом.
И снова о тенденциях. Может быть, это незаметно, но мир на полных порах стремится к достижению материального изобилия. И делает он это, как всегда, очень неравномерно: в некоторых местах все еще пухнут от голода, но где-то уже страдают от ожирения. Но еще недавно голод был везде.
Возникновение такого феномена, как безусловный базовый доход, являет собой первые всполохи будущих гигантских изменений в общественном устройстве.
Это грядёт, но и это тоже не новое. Вспомните: «Хлеба и зрелищ!»
Обратите внимание на то, как растет новая социализация общества. Возникают индивидуалистические общности: в социальных сетях (уже всемирного)  интернета вокруг каждого пользователя его усилиями и селекцией  образуются кланы  с комфортной для него атмосферой взаимного общения. Такие кланы находятся в информационной ауре, образованной из прошедших отбор информационных источников. Формирование подобных общностей создает суррогаты, формирующие псевдо эмоции, создающие иллюзию полноценной  жизни поскольку, здесь существует имитация  некой деятельности.   Они вливаются в океаны многомиллионных сообществ, спаянных ранее неведомыми человеку внеэкономическими по своей сути интересами.

Как и все мы, я не знаю, что ждет нас впереди. Но могу предполагать, что коммунистическая идея возродится в новом качестве.  У коммунизма будущего будет новый принцип: «Каждому по потребностям, для реализации его способностей».

ЭНГЕЛЬС БЫЛ НЕПРАВ

Энгельс, конечно, ошибался – человека создал не труд, а лень. Весь прогресс человечества, начиная с того момента, как наш далекий предок взял в руку палку, основывается на получении большего результата при минимуме собственных затрат. И никогда наоборот.
Все рассказы об эксплуатации человека человеком – полнейший бред. Никто не может забрать наш прибавочный продукт потому, что такового просто нет: поскольку каждый из нас получает энергии (а это конечный измеритель всей совокупности благ) больше, чем тратит. Иначе мы бы просто не могли существовать. А кого мы действительно эксплуатируем, так это Природу, забирая из нее все большие и большие объемы энергии. И, заметьте, ничего не давая ей взамен.
Можно сказать, что человечество неплохо устроилось. Не смотря на всякие трудности и сложности, надежность выживания рода человеческого очень высока.
Все возрастающие объемы извлекаемой природной энергии позволяют человечеству не только обеспечить быстрый рост численности и уровня подушевого потребления, но и компенсируют гигантские потери, связанные с неэффективными решениями в сфере управления.
Именно благодаря этому мы живем в мире, где стабильность все-таки – норма, а потрясения – отклонения от нормы.
Человечество тратит гигантские, получаемые из Природы ресурсы на обеспечение сфер, не связанных с его выживанием и развитием. Человечество может себе позволить неуемные затраты и на военную технику и на содержание гладиаторов, которые сегодня называются профессиональными спортсменами.
Человечество никогда не владело механизмами эффективного управления. Точнее так – эффективным во все времена считается управление, обеспечивающее удовлетворение некого уровня общественных ожиданий. Этот уровень определяется двумя непременными требованиями: не хуже, чем вчера и не хуже, чем у соседей.
Уровень научного сопровождения управления всегда был и остается уровнем египетских жрецов. Существование всех систем и институтов управленческого консалтинга определяется необходимостью создавать видимость обоснованности принимаемых решений. Это они и создают. Не менее того, но и не более.
На самом же деле за научным сопровождением управления не стоит ничего, кроме опыта и здравого смысла. Все остальное - мираж и бла-бла-бла.
Общество, как пять тысяч лет тому назад, так и сегодня обходится в основном системами самонастраивания и саморегулирования. Все видимые нам управленческие потуги влияют на конечный результат точно так же, как виляния рыбы-лоцмана на выбор пути голубым китом.
Основным механизмом выстраивания отношений в обществе является распределение и перераспределение благ. В основе этих процессов лежат традиции и опыт, а изменения происходят в борьбе под влиянием неких никогда не поддававшихся формализации представлений о пользе и справедливости. Именно вокруг распределения и перераспределения благ и кипят все нешуточные людские страсти. Здесь поле, где люди борются с людьми. Приз – больший размер куска от созданного обществом пирога, в нем все, и материальный достаток и престиж.
Так же примерно построены и межстрановые отношения.
И там, в основе лежит сложившаяся в веках структура распределения мирового блага.
И здесь изменения происходят под влиянием того же самого – борьбы: меняются вектора сил, растут требования обеспечить всемирную справедливость.
А ведь справедливости в этом мире нет. Есть только тот уровень несправедливости, переходить который крайне опасно. Всем.

С развитием информационных систем, сделавших нас всех такими близкими на этом маленьком Земном шаре, соблюдение второй составляющей требований масс – не хуже, чем у соседей - стало крайне затруднительным.
Сегодняшние события в Северной Африке и на Ближнем Востоке определены именно этим важнейшим обстоятельством.
Европа и Америка полагают, что революционеры, собравшиеся на площади Тахрир в Каире, хотят демократии.
Да, господа, они хотят вашей демократии, но только для того, что заиметь ваш уровень потребления. И никакие «заначки» проворовавшихся Мубараков, не обеспечат покрытие и сотой доли их притязаний.
Им показали, как можно жить и они захотели именно такой, вашей жизни.
Общественным процессам свойственна инерционность. До определенного времени ситуация не менялась, накапливая напряжение.
Сегодня плотины, сдерживающие напор желаний открывшихся глаз - рухнули.
Вывод?
Вывод один – Золотому миллиарду придется делиться.
Не будут делиться?
Тогда придут и заберут.
Рим, помните, чем закончил?
Именно этим самым.

ФОТО ТЕМЫ: ПОЖИРАТЕЛЬ ГАЛАКТИК.

ХВАТИТ ИСТЕРИТЬ!

Для всего нужен повод. Для статьи – тоже.
Вчера был на гражданской панихиде по Егору Гайдару.
Выступая на ней, режиссер Марк Розовский назвал смерть Егора Гайдара убийством.
Думаю, что Егора Тимуровича никто не убивал. Он жил, а жить вредно. От этого умирают.
То, что заявил М. Розовский - типичный пример истерии.
Мне трудно определить, почему в современной России публичная истерия стала столь распространенным жанром.
Есть в стране профессиональные истерики: Новодворская, Ганапольский, Шендерович…
Это явление нашей жизни чем-то сильно напоминает исконно наш, российский феномен кликушества.
Кликуши - исстари расплодились на наших безбрежных просторах, концентрируясь большей частью все-таки в Москве. Подверженные истеричным припадкам они, время от времени неистовствуют. Когда психиатрия была еще очень слаба, такое поведение приписывали влиянию порчи.
Сегодня эта «порча» разрослась. И толковый словарь русского языка Ушакова даёт такое значение слова кликуша — «истерически несдержанный, страстный и бестактный политикан».
Надо признать, что современное кликушество в виде публицистической истерии представляет собой достаточно эффективный метод обработки общественного сознания. По крайней мере, кликуши постоянно создают то, что формирует «информационные поводы» - цимес для российских СМИ.
Интересно, что и время мы переживаем такое, когда кликушество не может не плодиться – Россия все еще на переломе.
Апогей кликушества и рост суеверий на Руси приходился на период церковного раскола после никоновских реформ (XVII—XVIII век). Именно тогда сформировался этот стиль, практически полностью сохраняющийся и поныне: «нападе на них бес, учали собакой лаять, и козой блекотать, и кукушкой куковать».
По народным представлениям во время припадка кликуши говорят от имени дьявола и поэтому в этот момент от них можно получить предсказание. Это и в настоящее время привлекает публику.
Правда, сегодня это называется прогноз.
В последнее время часто раздаются призывы, начинающиеся со слова «ХВАТИТ».
Позвольте поучаствовать: «ХВАТИТ ИСТЕРИТЬ!»

СЧАСТЬЕ

Есть такие области нашей жизни, которые постоянно привлекают общественное внимание, но более понятными от этого не становятся. Это безусловно относится к нашим представлениям о счастье.
Одни считают, что для счастья необходимо, что бы тебя понимали, а другие, как Гюстав Флобер, исходят из того, что счастливыми могут быть только дураки, обладающие эгоизмом и хорошим здоровьем. У Цицерона было иное мнение. Для счастья – писал он - следует обладать классическими добродетелями: мужеством, умеренностью, разумом,
Вот и разберись.
Есть организация, специализирующаяся на изучении проблемы всемирного распределения счастья – это шведская компания World Values Survey. Она выяснила, что самые счастливые в мире венесуэльцы (Уво Чавес – молодец!). Но не это самое интересное: второе место в мире по осчастливливанию занимают жители солнечной Нигерии, где доход на душу населения сократился за последние 25 лет с 800 до 300 долларов в ГОД(!).
(http://magazine.neftegaz.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=124&Itemid=2 ).
Часто, если не сказать постоянно, страницы печатных изданий заполняют результаты социологических опросов на тему: «Счастливы ли вы?».
«Счастливы!» - отвечают большинство опрошенных во всех странах мира.
И при этом, никого не смущает некоторое несоответствие, между условиями, которые реципиенты считают необходимыми для счастливой жизни и теми, в которых они реально живут.
К примеру, большинство людей во всем мире уверены в том, что для счастья надо много денег.
И что? Те же, нигерийцы счастливы на 82 цента в день, как говорится, «по самое немогу».
Не в деньгах счастье?
Тогда в чем?
На самом деле, проблема наших представлений о счастливой жизни и ощущение счастья, это, как говорят в Одессе – две большие разницы. Человеку дано фантазировать на тему условий, которые существуют в придуманном каждым из нас заповеднике полного счастья. Согласно этим фантазиям толстосумы на берегу ласкового моря, окруженные красавицами и многочисленной прислугой, бдительно следящей за чистотой золотых унитазов, представляют собой образец счастливых людей.
Спросите любого такого счастливца, и вы узнаете, что уровень его личного счастья ничуть не выше того, в котором купается вечно полупьяный сантехник дядя Вася из соседнего подъезда.
Достаточно подробно об этом феномене я написал в работе «Целеполагание» (www.stimson.ru) или (www.viperson.ru).

Если очень коротко, то счастье – это момент нахождения человеческого эго в экстремальной (т.е. вне рамок обыденного) области положительных эмоций. Но кроме положительной в нашем эмоциональном поле, существует еще и область отрицательных переживаний и путешествие вашего эмоционального центра сюда гарантирует вам ощущение абсолютного несчастья.
А вот то, что подавляющее большинство обывателей Земного шара почитают за образец счастья («много денег, женщин и машин»), для какого-нибудь Билла Гейтса – самая, что ни на есть обыденность. Олег Дерипаска, потерявший за время кризиса 25 миллиардов из 30-ти – несчастен, поскольку его центр эмоциональных ощущений переместился (и, надо полагать, надолго) в отрицательную область.
Житель глухой итальянской деревушки, выигравший недавно в лотерею 150 млн. евро, сегодня, скорее всего, счастлив. Но что произойдет с ним через пять-десять лет? Его сегодняшние ощущения накроет область обыденности. Это закон – человек не может долго находиться в состоянии счастья или несчастья. Счастье, как и несчастье - это экстрим. Постоянное пребывание в этих состояниях – чревато. Недаром говорят: «За три дня человек привыкает к аду». Наползающее покрывало обыденности спасает и очень счастливого, и очень несчастного от разрушения психики.
Возвращаясь к Гюставу Флоберу, замечу, что под видом глупости, столь, по мнению классика, необходимой людям для счастья, на самом деле выступает ограниченность познания реальной действительности. Тот, кто не знает иного, счастлив сущим: для тех, кто не видел иных машин и Жигули – лимузин.
Хорошее здоровье, то же фактор счастья, поскольку определяет нахождение эго человека в зоне эмоций, тяготеющей к положительному полюсу.
Что же касается эгоизма, то это важно.
Ощущение места, занимаемого центром ваших ощущений на эмоциональном поле, определяется вашей же оценкой того, где проходит граница между сферам положительных и отрицательных эмоций. Понятно, что все относительно, и поэтому для демаркации границы вам необходимы ориентиры. Ими являются люди очевидно (для каждого из нас - субъективно) счастливые и несчастные.
И чем больше вам известно о несчастных, тем внутреннее ощущение вашей непричастности к их сообществу, создает вам иллюзию комфорта. В этом и есть эгоизм. Словом, как в том анекдоте: «Кто такой для меня Рабинович? Никто. Но когда у него сгорела дача, мне было немного приятно». Говорить о любви ко всему человечеству можно часто, много и разное, но есть суровый закон жизни: не затрагивающий лично вас (ваше окружение, или тех, кого вы в него включили) негатив формирует ваш позитив. На этой особенности нашей коллективной психики и построен весь PR. Для того, что бы вы чувствовали себя белым и пушистым, вам необходимо представить образ грязного и вонючего. Именно такую роль для западного обывателя, благодаря усердию СМИ, играем мы с вами, господа россияне.
Почему хорошо продаются плохие новости? Потому, что они создают основу для позитивной оценки эмоционального состояния их потребителя.
Для ощущения душевного комфорта нам полезно осознавать, что мы находимся в положительной области, у нас все хорошо, «все путем».
Почему власть приукрашает ситуацию в стране, т.е. позитивно оценивает нашу с вами основу материального существования, а оппозиция ее преднамеренно чернит? Задачи у них разные. Власть нуждается в гражданине, ощущающем себя счастливом, а для оппозиции он вреден.
Все эти законы и правила построения эмоционального поля пронизывают нашу жизнь от самого высокого уровня, до самой сермяжной посконности. Если вы, к примеру, пришли домой «на бровях», то ваш рассказ о том, что сослуживец Иванов вообще до дома не добрался, значительно повышают ваши шансы улучшить настроение супруги и избежать очередного акта семейной драмы. .
И все же, что имеют в виду те самые нигерийцы, которые в откровенной нищете утверждают о том, что они счастливы?
Счастливым себя считают люди, живущие в состоянии, когда их эго стабильно находится в зоне эмоциональной обыденности, при этом тяготея к части, отмеченной положительным, позитивным знаком. Иначе говоря, счастливым себя чувствует тот, у кого хорошее настроение в ощущаемый им период времени преобладает над плохим.
Чего я вам и желаю.

Наша традиция - фото:
"Счастье".